| Программа «Уход на дому» |
|
|
|
Восторг какой-то без причины И тёплый чувствуя уют, Мы видим - чудные картины Пред взором нашим предстают. Черты старинной синагоги, Когда-то украшавшей двор, И люди, стоя у дороги, Ведут неспешный разговор. В полутонах сгустился вечер, Спокойно дремлет город мой, Уже зажглись в субботу свечи, Идёт еврей к себе домой. Все эти темы не избиты, А рисовать их нелегко И люди те почти забыты, А те, кто помнят, - далеко. Но память древнего народа Такая долгая, как свет, Уж такова его природа - Запомнить всё на сотни лет. Вперёд ещё зовёт дорога, Искусству можно послужить. 120 лет - не так уж много, И дай Вам Б-г до них дожить! 2. Были у нашего Хэсэда такие подопечные - дружная семья Ветрогонов: Вера Афанасьевна, Михаил Зиновьевич и Марк Михайлович. Дружная и многострадальная. Вера Афанасьевна пережила все тяготы блокады Ленинграда, чудом выжила. Михаил Зиновьевич - глава семьи - пятнадцатилетним ребёнком был эвакуирован из Николаевской области, попал на фронт, там получил контузию. От последствий ранения к концу жизни плохо слышал, практически ослеп. Долгожданный ребёнок - Марк - из-за родовой травмы страдал эпилепсией, был инвалидом 1 группы. Хэсэд всячески помогал семье. Медикаменты предоставлялись по первому требованию. Хотя о каком требовании можно говорить? Семья и просила-то неохотно, считая, что по сравнению с военным лихолетьем, всё остальное - мелочи жизни. К Ветрогонам был прикреплён патронажный работник. Ведь одна мама ухаживать за двумя очень больными, практически беспомощными, людьми, уже не могла. Ко дню рождения Веры Афанасьевны Хэсэд сделал небольшой ремонт в квартире. Ежегодно Марк нуждался в стационарном лечении. И этим тоже занимался Хэсэд.
В году Михаил Зиновьевич, понимая, что «уходит» и семья остаётся на произвол судьбы, принял решение подарить свою квартиру Хэсэду с условием пожизненного ухода за близкими. До последнего дня своей жизни он ни на минуту не пожалел о содеянном. В году его не стало, через некоторое время умер сын Марк (Г-дь облегчил его многолетние страдания). Мы проводили их в последний путь. Теперь на попечении Хэсэда осталась только Вера Афанасьевна… На нашей памятной доске «Благословенно Имя помнящих о Цдаке и Милосердии» их имена, в наших сердцах - память. А недавно, на Голосковском кладбище по еврейской Традиции Хэсэдом установлены два памятника - Михаилу и Марку Ветрогонам (на фото). Время установки памятника регулируется обычаем общины, но, согласно традиции, не позже, чем через год со дня похорон. Не принято сажать рядом с могилой деревья, ставить роскошные памятники, ибо не должно быть конкуренции перед лицом смерти. Запрещено помещать на памятнике скульптурные или любые иные изображения покойного. Придерживаясь традиций, в знак памяти об умершем и в знак того, что могила посещается, евреи кладут на могилу камешек, хотя обычай возложения на могилу цветов или венков в наше время так же получил достаточно широкое распространение. 3. Пишут нам и письма благодарности. Вот одно из них, которое особбено тронуло и согрело наши серца в эти ноябрьские дни. «Здравствуйте Хэсэд. Являясь подопечным «Хеседа» с момента его образования хочу выразить Вам, дорогие сотрудники, мою глубокую признательность, возрастающую с каждым днем. Я, Смола Илья Борисович, 60 лет, инвалид 1-й группы, парализован. Почти 30 лет получаю пенсию по инвалидности. Диагнозы: рассеянный склероз и диабет. Проживаю один. Мою жизнь невозможно представить без той всеобъемлющей помощи, которую оказывает мне «Хэсэд». Хочу сказать о тех людях, с которыми контактирую лично. В первую очередь признаюсь в любви к патронажной службе и её руководителю Злате Сергеевне Герцойг. Большая удача, что на этой должности оказался человек, сочетающий наилучшие душевные качества с высочайшим профессионализмом. Хочу отметить высокий уровень организации патронажной службы, постоянно обеспечивающей меня необходимыми инвалиду принадлежностями. С патронажной сестрой Любой Яцик прекрасно сотрудничаем уже 6-й год. Благодаря медицинской службе и её руководителю Наталье Григорьевне оказывается врачебная помощь и предоставляются дорогостоящие лекарства, жизненно мне необходимые. Очень хорошо работает служба МОКЕД под руководством Виктора Бедного. Так, мою просьбу о замене смесителя ему передала патронажная медсестра. Виктор мне позвонил, выяснил все технические подробности и передал именно такой смеситель. Так же быстро, профессионально и с пониманием моих проблем Виктор решил вопрос о необходимой мне сантехнической принадлежности, проявив при этом редкое в наши дни умение общаться по телефону. Я был тронут такой чуткостью и вниманием. Также я очень обрадовался, узнав о существовании услуги по переписыванию с аудиокакссеты на диски, и благодарен за профессионализм и доброжелательность Юрию Зельцеру. С помощью сертификатов сегодня значительно лучше решается продовольственная программа. Я привел только несколько примеров, радующих меня. Признаюсь честно, что поначалу не был в восторге от «Хэсэда»: ни от стиля его работы, ни от некоторых его сотрудников. Но благодаря высочайшему профессионализму и душевной чуткости директора благотворительного фонда Ады Исааковны Диановой деятельность этой организации кардинально изменилась в лучшую сторону. Определены высокоэффективные методы работы, подобран прекрасный коллектив профессионалов, работающих с душой, с индивидуальным подходом к подопечным. Частенько задаю себе вопрос: «Смог ли бы я выжить без помощи «Хэсэда»?». И понимаю – нет, не смог бы. Поэтому – СПА-СИ-БО! С искренним уважением, Смола И.Б. |
| Обновлено для 23.01.2011 13:53 |


2. Были у нашего Хэсэда такие подопечные - дружная семья Ветрогонов: Вера Афанасьевна, Михаил Зиновьевич и Марк Михайлович. Дружная и многострадальная. Вера Афанасьевна пережила все тяготы блокады Ленинграда, чудом выжила. Михаил Зиновьевич - глава семьи - пятнадцатилетним ребёнком был эвакуирован из Николаевской области, попал на фронт, там получил контузию. От последствий ранения к концу жизни плохо слышал, практически ослеп. Долгожданный ребёнок - Марк - из-за родовой травмы страдал эпилепсией, был инвалидом 1 группы. Хэсэд всячески помогал семье. Медикаменты предоставлялись по первому требованию. Хотя о каком требовании можно говорить? Семья и просила-то неохотно, считая, что по сравнению с военным лихолетьем, всё остальное - мелочи жизни. К Ветрогонам был прикреплён патронажный работник. Ведь одна мама ухаживать за двумя очень больными, практически беспомощными, людьми, уже не могла. Ко дню рождения Веры Афанасьевны Хэсэд сделал небольшой ремонт в квартире. Ежегодно Марк нуждался в стационарном лечении. И этим тоже занимался Хэсэд.